Кризис жанра

В России не так давно образовался… дефицит бензина! Это как если бы в Африке образовался дефицит негров, в Бразилии – диких обезьян, а в Антарктиде — пингвинов. Страна, буквально живущая добычей нефти, вдруг осталось без топлива. Не абсурд ли?

Ан нет, не абсурд.

лукойл

Российское общество, по древней, въевшейся уже в подсознание, привычке стало рядить на тему: «Кто виноват и что делать?», с упором, разумеется, на первую часть проблемы. (Делать что-то желающих всегда меньше, чем искать виноватых). По проведенному ВЦИОМ опросу, абсолютное большинство граждан считает причиной топливного кризиса  жадность проклятых олигархов, которые сговорились удушить россиян бешеными ценами, набивая свой бездонный карман.
Впрочем, «народное мнение», как всегда, наглядно демонстрирует всего два фактора – внушаемость народных масс телевизором и мотивацию подсчитывающих результаты опросов. И то и то по своему интересно, но к реальности имеет отношение достаточно опосредованное.

Так куда же на самом деле делся бензин? Разумеется, всей полнотой картины мы не располагаем (подозреваю, что ей не располагает вообще никто), однако параметры, влияющие на цену топлива, многочисленны, но конечны. Итак, из чего у нас состоит цена бензина для конечного потребителя?
1. Стоимость добычи нефти – 1,9% от цены.
2. Расходы на переработку нефти – 1,3 %
3. Расходы на логистику и маркетинг – 16%
4. НДС – 15,4%
5. Акцизы – 11,9%
6. Налог на добычу полезных ископаемых – 20,9%
7. Прибыль НПЗ – 10,1%
8. Прибыль НК – 5,5%
9. Прибыль АЗС – 9,5%

Нетрудно подсчитать, что прибыль «олигархов» — от производителя до последнего продавца, —  в цене составляет около 25%, что вполне прилично. Так что изображать из себя сироту казанскую им как-то не к лицу – хотя они, безусловно, пытаются это сейчас делать, рассказывая всем желающим, как их государство придушило своими акцизами. Да, действительно, акцизы выросли. На рубль с литра. Но цена-то тоже выросла. На три рубля с литра. И кто после этого сирота?
 
Кстати, по поводу акцизов – если припомнить, то их рост подавался как альтернатива транспортному налогу. Мол, налог отменим и заложим его в цену топлива. Будет очень справедливо – кто больше ездит, тот больше и платит. Однако справедливость вышла опять по-нашему, по-российски – и акциз подняли, и налог не отменили. Да, его базовая ставка уменьшилась, однако регионам разрешили поднимать коэффициент на свое усмотрение, и они, разумеется, не преминули этим воспользоваться. Так что налог, по факту, остался тем же, а бензин подорожал. Озабоченные этим фактом в преддверии президентских выборов правители попытались ликвидировать дисбаланс, но, разумеется, не за свой счет. То есть, не уменьшив налоговую нагрузку, а просто через ФАС запретив продавать бензин дороже, чем они считают справедливым. Само собой, там, где в одной строчке появляются слова «государство» и «справедливость»,  ничего хорошего быть не может по определению. Если продавцу повышают налоги, но запрещают повысить цены – то дефицит становится естественной реакцией. Никто не будет работать себе в убыток…

Казалось бы, вот она, причина кризиса – но нет, не все так просто. Конечно, неуклюжие попытки государства порулить ценами свою роль сыграли, но это скорее повод, чем причина. Во-первых, никто эти государственные запреты на повышение цен по факту не соблюдал. Во-вторых, они стали только очень удачным предлогом для передела рынка.

Одним из самых удивительных для стороннего наблюдателя следствий топливного кризиса стал значительный разброс цен между АЗС – до трех рублей и более. Вот здесь 92-й 24 рубля за литр, а через километр по той же улице – 28 рублей за литр. Кто из операторов сошел с ума? А никто.
Дело в том, что более низкие цены держат крупнейшие федеральные операторы уровня «Роснефти» и «Лукойла», а более высокие – региональные и мелкие. Почему? Да потому, что мелкие операторы не имеют своих НПЗ, а покупают бензин у федеральных. А те поставили у себя розничную цену равной оптовой. То есть, продают мелким операторам 92-й по те же 24 рубля за литр, что и розничному покупателю. Разумеется, мелкие операторы не могут продавать по той же цене в розницу, и пытаются продать дороже, не особо, впрочем, надеясь на успех. Угадайте, куда уходит от них покупатель? Поэтому на АЗС федералов периодически возникает дефицит – ведь заправляться все едут туда, где дешевле, и логистика не справляется с возросшим потоком клиентов.
Региональные операторы возмущаются таким произволом, подают жалобы, пытаются судиться – на что федералы прожимают плечами: «Нам ФАС велела не повышать цены, мы и не повышаем. Торгуем, бедные, в розницу по опту себе в убыток…» Правда, ограничение по цене уж снято, но об этом как-то умалчивается. Сдается мне, в результате этого «кризиса» многие заправки поменяют логотипы с региональных на федеральные. Была какая-нибудь «Урюпинск Ойл», а тут, глядь – уже «Роснефть»…

Еще один аспект проблемы – экспорт бензина за рубеж. Именно его подают как официальную причину кризиса.  Мол, за границей бензин дороже, поэтому  жадные топливные операторы предпочитают продавать его туда, а не бедным россиянам. Все телезрители моментально представили себе ужасающую картину, как нефтяные олигархи продают наш кровный российский бензин по евро за литр в Европу… Государство отреагировало в своем духе — бодро запретило, ограничило и повысило. Кризис, ко всеобщему удивлению, никуда не делся.

На самом деле это, мягко говоря, не совсем так. Во-первых, объем экспорта именно бензина из России не очень велик. Во-вторых, как ни странно, в основном на экспорт отправляется бензин стандарта Евро-2, продажа которого в России запрещена техрегламентом. В третьих, основным направлением экспорта является отнюдь не Европа – наш низкокачественный бензин там никому не нужен (в Европу идет, в основном, наша солярка). В четвертых, в самый кризисный апрель экспорт бензина из России даже сократился по сравнению с мартом  — на 16%, до 711,736 тыс. тонн. При этом общий объем произведенного бензина близок к 30 млн тонн в год. Так что экспорт значительного влияния на рынок не оказывает.

роснефть

Интересно, что дефицит бензина прогнозировался еще в прошлом году – с таким заявлением выступил руководитель комитета Государственной думы по энергетике, транспорту и связи Валерий Язев ровно год назад, 25 мая 2010. На тот момент потребление бензина в России составляло 27 млн. т, профицит — 4 млн, но рост потребления был виден, а роста производства не было. К 2015г. прогнозируется увеличение потребления бензина до 38 млн. т, при производстве 30 млн. т. По оценкам экспертов, необходимо инвестировать около 15 млрд. долл. в производство высококачественных бензинов, однако делать этого никто не собирается. Делать масштабные долговременные инвестиции в России вообще никто не хочет – а в топливной отрасли особенно. Пример «Юкоса» слишком нагляден. Проще повышать цены – заодно и объем потребления снизится, когда самые бедные откажутся от транспорта, который станет им не по карману, а значит, и дефицита не будет.

Так до какого предела будет расти цена на топливо? А ровно до того, как мы перестанем его покупать. Рост остановится на предельной планке покупательной способности населения, а цена будет ровно такой, за которую россияне смогут выкупить произведенные  30 млн. т. в год. Больше этого количества российские НПЗ произвести не могут. Так что никакого заговора – естественные и логичные процессы.

Пока мы покупаем бензин – он дорожает. При ограниченном объеме производства этого не изменить никакими указами правительства. Перестанем покупать – подорожание остановится. Автомобиль снова станет роскошью, а не средством передвижения…

Обсуждение публикации закрыто.